Продолжим обзор документально установленных работ артели Д.Г. Буренина. В июне 1837 года последовал заказ от губернского секретаря Василия Яковлева Соколова и угличского купца Николая Иванова Серебренникова на выполнение икон для иконостаса Крестовоздвиженской церкви города Углича. В соответствии с договором следовало: «написать святыя иконы греческим письмом во вновь устрояемый на сумму доброхотных дателей в приходской нашей Крестовоздвиженской церкви иконостас. А именно: в царские врата четырех евангелистов и Благовещения Пресвятыя Богородицы. В местном поясе на северных вратах – Ангела-Хранителя, святителя Воронежского Митрофания. В восьми клеймах, долженствующих быть во втором ярусе, Двунадесятые праздники… Над царскими вратами в третьем ярусе Вечерю мира со учениками Его, а около оной в четырех клеймах Страсти Господни. По сторонам сей арки, так же в четырех клеймах, святых пророков. Сверх того, исправить в лучшем виде икону Феодоровской Божия Матери и чудеса около Ея, а под иконою Всем Скорбящим написать приличествующий Ей тропарь. За всю сию работу ему Буренину от нас, Соколова и Серебряникова, получить четыреста рублей ассигнациями с распискою на сем договоре. С таким притом условием, чтоб он Буренин помянутые иконы, все без изъятия окончив работою, доставил в церковь непременно в течение ноября месяца» (24).

В декабре того же 1837 года был принят заказ от купца 3-й гильдии Аристарха Михайлова Жаренова на работы в Спасо-Преображенском соборе – написание икон для готовившегося к освящению придела Похвалы Богородицы. Начать работы требовалось с 14 декабря, а завершить в июне. Стоимость составляла 650 рублей ассигнациями (25).

24 мая 1838 года Д.Г. Буренин договорился с церковным строителем крестьянином деревни Ракошино Иваном Андреевым и старостой крестьянином деревни Оботурово Степаном Михайловым выполнить росписи в церкви Архистратига Михаила села Ефремова Угличского уезда. По утвержденному рисунку в летнем храме следовало «сделать стенное писание и во святом алтаре над престолом Архистратига Михаила Господа Саваофа с ангелами. Над престолом Святаго Илии Пророка Коронование Божия Матери. В простенке Тайную Вечерю, во втором простенке Положение во гроб, около арки Трех Святителей Вселенских и со святителями: Николая Чудотворца и Митрофания Воронежскаго. В окошках против престола – Иякова Исповедника и Димитрия Митрополита Ростовскаго. В куполе написать О Тебе радуется, Благодатная, всякая тварь. На западной стене, в средине на арке – Распятие Христово и предстоящих Божию Матерь, Иоанна Богослова и около в шести штуках Страсти Господни, а ниже, около арки, в двух штуках угличских и ярославских чудотворцев. На боковой правой стороне сверху, между окошками два евангелиста. Под окошками, в трех штуках – чудеса Архистратига Михаила. На левой стороне сверху между окошками также двух евангелистов… Написать их фряжской работы, из водяных и лучших красок, с приличной уборкой. Чтобы венцы были золотые, в самой пробности».

Отдельно оговаривалось: «Мастеров при работе иметь с законными видами. Также и самому мне Буренину при оной работе насматривать, а если что усмотрено будет по рисунку несходным и худой работы, то мне Буренину поправить на свой счет безотговорочно». Обозначенная работа стоила 2690 рублей ассигнациями, завершить следовало к июлю будущего 1839 года (26).

Росписи церкви села Ефремова, выполненные артелью Д.Г. Буренина в 1838-1839 годах, в руинированном и значительно поврежденном состоянии сохранились до нашего времени. Среди осыпей штукатурки на западной и боковых стенах можно видеть крупные клейма и классические орнаменты на нежно-голубом фоне. На отсыревшем своде еще заметны фигуры ангелов и святых. Можно отметить, что, подобно росписям церкви Царевича Димитрия «на поле», они относятся к раннему периоду деятельности Д.Г. Буренина. Об особенностях поврежденных клейм судить трудно, но орнаменты в тот период выполнялись в классической манере. В работах 1850-1860-х годов отличительной чертой станет «живописная уборка» в стилях барокко и рококо, создававшаяся мастерами с особенными выразительностью и искусством.

В тот же период, в 1838-1839 годах, Д.Г. Буренин принимает заказ на росписи Крестовоздвиженской церкви Никольского погоста «что у Иисусова Креста» Ростовского уезда. Их следовало выполнить по образцу росписей церкви Святителя Иакова Спасо-Яковлевского монастыря, созданных артелью Т.А. Медведева. В настоящее время это территория Ильинского района Ивановской области, храм утрачен. Примечательно, что в описании 1882 года протоиерей Флегонт Морев автором «живописи красивой кисти», покрывавшей стены и своды обширного храма, назвал знаменитого по епархии живописца-художника Медведева (27), – значит, условие выполнено на редкость успешно.

В 1840 году велись небольшие работы в Предтеченской церкви города Углича – в зимнем храме на южной стене трапезной «починено» клеймо с изображением Печерской иконы Божией Матери (28). Затем последовала череда работ в Кассиано-Учемской пустыни Угличского уезда. По условию от 1 ноября 1840 года с церковным старостой крестьянином Учемской слободы Кузьмой Ивановым Голубевым написаны иконы для иконостаса придела Трех Святителей Московских Петра, Алексия и Ионы при Успенской церкви. Затем по контракту от 27 июня 1841 года принят заказ на выполнение в том же приделе росписей – с июля по сентябрь (29).

Затем новый значительный подряд – росписи в Никольской летней церкви села Нефедьева Угличского уезда. По контракту от 9 апреля 1842 года с церковным старостой Елисеем Осиповым и прихожанами Д.Г. Буренин «принял на себя с подряда оптом взятое живописание в их каменной Никольской церкви на следующих условиях: 1-е. Написать в святом алтаре той церкви над святым престолом Господа Саваофа, на Горнем месте Тайную Вечерю. На правой стороне святителей Василия Великого и Николая Чудотворца и по местам сделать приличную лучшую уборку. 2-е. В настоящей той Никольской церкви в куполе Триипостасное Божество, а около в своде до карниза, на четырех сторонах девять чинов Ангельских с приличною и лучшею уборкою. Так же ниже купола и вокруг церкви самый лучший полный карниз. 3-е. На задней стене в семи клеймах – то, что изберут тот староста со священно- и церковнослужителями, с согласия же меня Буренина, из немецкой лицевой Библии. Равно на правой [стороне] в шести клеймах и на левой стороне в шести ж клеймах то же самое, что будет избрано теми старостою и священно- и церковнослужителями из той же Библии, по приличию только для православной Церкви».

Далее говорилось: «4-е. Производить означенную работу из масла живописную с позолотою венцов и подписей из червонного золота первого сорта. Согласно во всем и нимало отступая в искусстве той работы, как сделано в угличской Казанской холодной церкви. 5-е. В трапезе той же Никольской церкви написать в куполе Коронование Божией Матери. В трех клеймах, где будет только прилично, из чудес святителя Николая Чудотворца, также живописной работы и соответствующей искусству в оной вышепоказанной угличской Казанской церкви, с поправкою старых икон в иконостасе и позолотою вновь на них венцов червонного золота. Также и самый иконостас вычистить. 6-е. Означенную работу начать с 1-го маия сего 1842-го года, покончить ее не далее до 1844-го года, из собственных моих материалов». Стоимость составляла 1314 рублей 28 копеек серебром.

Отдельно отмечалось: «Во всей той Никольской церкви старую по стенам побелку обить и выщекотурить снова и сделать так, чтоб начать производить ту живописную работу в лето было удобно и прочно. Для сего же материалы должны быть со стороны показанного старосты с прихожанами, как то: известка, песок, свечи, тес, гвозди, веревки, с их доставкой на место безостановочно».

Оговаривались и условия в отношении мастеров: «И рабочие люди, кои должны быть хорошего сложения, опытные и совершенно сведущие в своем ремесле, честного поведения, а наипаче трезвые, также и с законными видами… Квартира для самого меня Буренина и для моих рабочих людей во все продолжение означенной работы должна быть церковная. Во время того продолжения работы я Буренин должен быть сам на месте оной. Если же мне самому нельзя будет безотлучно находиться при той работе, то я должен поручить сие из моих людей рабочих с надлежащею доверенностию лучшему мастеру, который и обязан смотреть за другими рабочими людьми, дабы они производили ту работу точно так, как выше сказано, с полною, однако же, во всем моею ответственностию».

Повторим, что в 1842-1844 годах артель Д.Г. Буренина выполняла росписи в Никольской летней церкви села Нефедьева Угличского уезда. Условия работ в обычном сельском храме оговаривались с заказчиками на удивление подробно и основательно. В том числе и ответственность была весьма жесткой – в обеспечение выполнения обязательств по договору Д.Г. Буренин предоставлял в залог собственный каменный дом, «состоящий в городе Угличе на Московской улице близ кузниц… со всею его деревянною пристройкою, который не менее стоит пяти тысяч рублей ассигнациями» (30). Это был дом № 75 по ул. Ленина, позднее в начале ХХ века принадлежавший изготовителям кирпича Пятуниным, в перестроенном виде сохранившийся до нашего времени.

Важной особенностью данного заказа является указание иконографического источника, использовавшегося в работе, – «немецкая лицевая Библия». Подобно иконописцам XVII столетия, заимствовавшим сюжеты и композиции из Библии Пискатора голландского издания, Д.Г. Буренин также обращался к иностранным гравюрам. Отдельно предписывалось использовать в качестве образца качества и «искусства» росписи угличской Казанской церкви, выполненные в 1840-1841 годах А.И. Ненастьевым. Возможно, Д.Г. Буренин тоже участвовал в той работе.

Следующий известный подряд – росписи в левобережной Введенской церкви города Углича, при главном престоле и в Георгиевском приделе. 30 ноября 1843 года за эту работу было заплачено 257 рублей 14 копеек (31). В 1845 году Д.Г. Буренин выполнил иконы для иконостаса зимнего храма церкви Рождества Иоанна Предтечи «на Волге», а также росписи масляными красками. Они включали несколько клейм с изображением событий из жития святого Иоанна Предтечи (32).

Далее велись работы в Успенской церкви на торговой площади. После замены потолочных балок и накатов в теплом храме (трапезной) в 1845-1850 годах при старосте купце Дмитрии Алексееве Русинове и священнике Алексее Никитиче Павловском выполнены новые росписи за 430 рублей, сменившие прежние работы Т.А. Медведева, а также на паперти в нижнем ярусе колокольни (33).

В 1847 году Д.Г. Буренин вновь работал в Крестовоздвиженской церкви. По контракту от 2 апреля с церковным старостой угличским купцом Николаем Ивановым Серебренниковым «в верхней холодной церкви… потолок и стены как в алтаре, так в настоящей и трапезе украсить священною живописью, которая должна заключаться в двадцати семи клеймах, за триста рублей серебром… С тем, во-первых, чтобы оная живопись сделана была согласно с рисунком и реестром, рассмотренными и одобренными Его Высокопреосвященством, без малейшего отступления и перемены от них. Во-вторых, чтобы все материалы, какие потребны для производства сей работы, были собственные его Буренина, самые лучшие. В-третьих, для прочности живописи, как подготовка, так и самые краски составлены были на масле. В-четвертых, самая живопись должна быть сделана в лучшем виде, в алтаре по земле желтого хрома, а в настоящей и трапезе по бирюзовой, с приличною между клеймами живописною уборкою… В-пятых, начать работу с маия месяца сего 1847 года и окончить к 1-му числу сентября того ж года» (34).

Можно отдельно подчеркнуть – в качестве условий оговаривалось между клеймами выполнить «живописную уборку», т.е. орнамент, имитирующий лепные архитектурные детали. В тот период «уборка» могла быть в классической или рокайльной стилистике, включать иллюзорные колонны, карнизы, обрамления клейм. В алтаре «уборка» писалась на желтом фоне, а в храмовой части и трапезной – на бирюзовом.

В следующем году создаются росписи в расположенной поблизости Корсунской церкви – в помещении трапезной. По контракту от 2 июля 1848 года с церковным старостой угличским 3-й гильдии купцом Петром Михайловым Кошкиным «с разрешения епархиального архиерея преосвященнейшего Евгения, в теплой Макарьевской церкви сделать живописное стенное письмо следующих клейм: а) В самом верху – О Тебе радуется всякая тварь, а ниже оного уборку; б) В святом алтаре против престола – моление Спасителя о чаше; в) На задних простенках… церкви вверху – убрус Спасителя, а ниже притчу о мытаре и фарисее; г) Взади в трапезе – Духа Святаго в воздухе».

Помимо росписей выполнить семь икон для нового иконостаса трапезной: «на трех по два лика апостольских, а на прочих четырех – Воскресение Лазаря, уверение Фомы, Коронование Божией Матери и Триипостасное Божество». Кроме того, «поновить двенадцать икон старых, вычистивши их, снявши черноту и покрывши лаком».

Уточнялся ряд других важных вопросов: «Живопись должна быть сделана лучшими художниками и лучшим образом, употребляя все краски масляные. Равно и иконы должны быть написаны по представленной им для образца иконе. Рамы оконные и простенки зашпатлевать и выкрасить белой краской, равно и связи железные. Работу кончить к 1-му числу октября сего года. И весь материал употреблять мне Буренину свой собственный на свой кочт».

Вопрос оплаты, выдерживания сроков и качества определялся следующим образом: «За всю сию работу получить мне Буренину двести восемьдесят пять рублей семьдесят пять копеек серебром, из коих сто рублей серебром получить по окончании всей работы, а прочую сумму в течение работы. А ежели же я не окончу работы к назначенному сроку или не удовлетворю желанию как старосты, так и прихожан, т.е. по освидетельствовании кем следует художество мое будет низкого достоинства, то вправе заставить меня поправить». В случае кончины подрядчика право окончания работы предоставлялось его сыну – Павлу Дмитриеву (35).

Через несколько лет после сравнительно небольших работ в трапезной Корсунской церкви Дмитрий Григорьевич принимает более масштабный и престижный заказ – выполнение росписей в верхнем Троицком храме Ильинской церкви города Углича. Одна из наиболее значительных местных церквей до 1930-х годов стояла на одноименной площади, прилегавшей к Московской улице.

По условию от 2 марта 1853 года со старостой угличским почетным гражданином 1-й гильдии купецким племянником Иваном Аркадиевым Зиминым, с согласия священно- и церковнослужителей и приходских людей следовало «в холодной во имя Святыя и Живоначальныя Троицы церкви их в алтаре и в храме сделать стенное письмо из масляных красок». В текст документа включен реестр, дающий хорошее представление о составе сюжетов и общей композиции: «1) Во святом алтаре над престолом Триипостасное Божество, по краям четырех евангелистов. На южной стене, между окнами за престолом Трех Святителей… За жертвенником – святого апостола Иакова, брата Господня, святого Николая Чудотворца и святого Григория Двоеслова. Вверху арки над завесою – убрус Спасителя, поддерживаемый ангелами. 2) В куполе храма вверху Спасителя благословляющего, а по сторонам в 14 клеймах историю страдания Иисуса Христа и некоторых из обстоятельств жизни прежде страдания Его. 3) В средине, между верхними и нижними окнами в 6 клеймах избранные старостою из Евангелия истории. 4) За клиросами святителей московских Петра, Алексия и Ионы и ростовских чудотворцев Леонтия, Исаии, Игнатия, Иакова и Димитрия. 5) На западной стене Сошествие Святаго Духа на апостолов и в 4-х клеймах также избранные из Евангельских историй. 6) В арке вверху Деисус и по сторонам ярославских чудотворцев Феодора, Давида и Константина и угличских чудотворцев царевича Димитрия, князя Романа, Паисия, Кассиана и Игнатия. 7) В верхних окнах по сторонам написать девять чинов Небесной Иерархии».

Надлежало выполнить и небольшие иконописные работы: «Иконы во всем иконостасе все поновить и покрыть лаком и просветы на оных покрыть новым червонным золотом. Также написать новую икону Тайныя Вечери над царскими вратами и над иконостасом – Возстания из Гроба». Приводились некоторые уточнения: «Стены в пробели должны быть окрашены красками браншвейном с прибавлением кобальта на масле. Равно рамы икон и железные связи в церкви выкрасить белою на масле краскою».

Здесь можно пояснить, что «браншвейн» или «брауншвейг» – это зеленая краска немецкого происхождения, изготавливавшаяся из медного купороса, мышьяковой кислоты, поташа и известкового молока. С добавлением кобальта на масле она должна была послужить для окраски фонов. Возможно, именно это сочетание красок давало типичный для многих работ Д.Г. Буренина плотный приглушенный голубой цвет. Не остались без внимания и железные связи – неэстетичная, но необходимая деталь старинной архитектуры. Их требовалось окрасить в белый цвет. Под «рамами икон» мог подразумеваться лепной декор стен и сводов, с которым должны были сочетаться росписи. Такой ансамбль следовало создать в интерьере верхнего храма. При этом живописные работы не затрагивали помещение трапезной.

Можно еще добавить, что работы следовало окончить к 15 октября того же года. Стоимость составляла 500 рублей серебром, из них 200 рублей получить через год после завершения (36). Последнее условие могло являться как оплатой в рассрочку, так и гарантией качества.

В декабре того же 1853 года принят весьма необычный для живописца подряд – на изготовление нового иконостаса Никольской церкви села Нефедьева Угличского уезда. В контракте говорилось: «Каковой иконостас обязуюсь сделать – столярство из соснового лучшего сухого дерева, резьбу из липового, не отступая от рисунка правой стороны, и сделать в самом лучшем виде, как в столярстве, так и в резьбе… И всю оную работу по изготовлению постановить на место непременно к 15 сентября 1854 года. А для утверждения и укрепления иконостаса потребным будут гвозди, крючья и для навесок дверей петли и винты, и для лесов жерди, веревки и вместе с сиим квартира во время этого прожития мастеров – все сие употребить на счет старосты церковного с приходскими людьми, не касаясь меня требованием сих последних вещей. В чем я Буренин за вышеозначенную работу договорился с них, старосты и прихожан, получить 870 рублей серебром» (37). Надо полагать, Д.Г. Буренин на условиях субподряда нанял артель иконостасных мастеров, которым и поручил работы.

В 1857 году принимается заказ на росписи в алтаре и храмовой части Никольской церкви села Поймашь Угличского уезда. По условию от 29 марта с церковным старостой крестьянином Иваном Леонтьевым Курковым «в алтаре и настоящей холодной церкви сделать стенное письмо из масляных красок по данному мною рисунку… венцы вызолотить и сделать под ними подпись из червонного золота. Живопись должна быть сделана в лучшем виде и прочности вся маслеными красками с приличною уборкою, а стены должны быть выкрашены кобальтом». Работы требовалось начать 13 мая. Стоимость составляла 285 рублей 72 копейки серебром (38).

Необходимо отметить, что храм, возведенный в 1776 году, находится в значительно руинированном состоянии. На стенах храмовой части видны следы росписей, но они явно относятся к более позднему периоду, включают орнаменты в неорусском стиле. Так что росписи Д.Г. Буренина на рубеже XIX-XX веков могли быть заменены новыми.

Среди храмов города Углича, расписанных Д.Г. Бурениным, была и левобережная Леонтьевская церковь. В ее верхнем храме по условию от 28 августа 1858 года со старостой купецким сыном Иваном Яковлевым Меховым и прихожанами предполагалось выполнить росписи и поновить иконы.

В документе говорилось: «порядили его живописца Буренина украсить стены и потолок в верхней летней церкви Святителя Леонтия, а равно в алтаре и трапезе оной живописью в сорока клеймах, избранных священно церковнослужителями и церковным старостою и значащихся на особом реэстре. Писать оные клейма ему Буренину греческим мастерством на масле, лучшим искусством. Иметь лучших живописцев, поведения хорошего и с законными видами. Краски употреблять самого лучшего достоинства и все вообще материалы хорошие. Венцы на святых, имеющих быть в клеймах, золотить червонным золотом, равно и подписи на оных. Уборку около клейм сделать в лучшем виде рококо. Гладь или фон сделать из кобальта… Отливы окон в алтаре, настоящей церкви и трапезе, в которых не будет клейм, сделать под мрамор».

К сожалению, в текст договора не включено содержание реестра, поэтому сюжетный состав остается неизвестным. В 1850-х годах становятся типичными голубой кобальтовый фон и насыщенные орнаменты в стиле рококо. Их нередко можно видеть в сохранившихся росписях. В продолжение говорилось: «При работе находиться ему самому или сыну его Павлу. Еще же по сему условию обязуется он Буренин старую штукатурку везде, где окажется худою отпавшею, сбить и искусно заштукатурить. А где окажется твердою, старую краску всю смыть и стереть. Карнизы в настоящей церкви около купола и в самом куполе также сбить и искусно заштукатурить. Причем известка, алебастр, песок и другие материалы должны быть его Буренина». Здесь отмечается не только вычинка штукатурки, но и ликвидация лепного декора, который в середине XIX века предпочитали заменять иллюзорным гризайлевым.

Помимо росписей был еще один перечень работ: «В настоящей церкви в иконостасе предалтарном, в трапезе в арке и иконостасе иконы – лица отживить и просветы перезолотить червонным золотом». Работы начать в августе и завершить к 15 мая 1859 года. Стоимость – 857 рублей и 14 ¼ копейки серебром (39).

18 марта 1859 года живописец подрядился на следующую работу – росписи в трапезной церкви Димитрия Солунского погоста Димитриевского «на Кистьме» Угличского уезда. Там после перечня сюжетов отмечено, что венцы и надписи выполнить червонным золотом, «около клейм уборка должна быть гипсовая и по местам бронзовая, а гладкие места кобальтом». Значит, в данном храме планировалось сохранить ранее выполненные лепные детали, окрасив их под бронзу. И также фигурирует неизменный голубой кобальтовый фон. Стоимость работы составляла 300 рублей серебром (40).

Храм, возведенный в 1812 году, сохранился до нашего времени, вновь является действующим. Ныне он расположен в Переславском районе, поблизости от высочайшей точки Ярославской области – Тархова холма. Своды трапезной обрушились в период запустения, – поэтому росписи большей частью утрачены.

В заключение перечислим еще несколько работ Д.Г. Буренина в различных храмах Угличского края и окрестностей. 18 марта 1859 года он подрядился по условию с церковным старостой вотчины генеральши Апраксиной крестьянином деревни Бабаек Венедиктом Семеновым и прихожанами, совместно с сыном Павлом Дмитревым Бурениным выполнить росписи в верхнем храме Знаменской церкви села Шипилово Мышкинского уезда за две тысячи рублей серебром. Начать работы в мае, а завершить к октябрю того же 1859 года (41).

Известны еще росписи верхнего храма села Воскресенского «на Волге», выполненные за 900 рублей в 1862 году (42). В тот же период создано живописное убранство левобережной Всехсвятской кладбищенской церкви города Углича. В церковной летописи содержится следующая запись: «В 1862 году, в сентябре и октябре месяцах, устроена в настоящем холодном храме во имя Всех Святых живопись. Мастером был угличский мещанин Дмитрий Григорьев Буренин. Заплачено за оную живопись денег серебром шестьсот рублей» (43). Обозначенные здесь росписи были утрачены в советский период. Далее (в новой публикации), нарушив последовательную хронологию, рассмотрим ряд сохранившихся работ.

• < Prev
• Next >