Поскольку Даниил Чёрный работал совместно с Андреем Рублёвым, то возникла проблема разделения их произведений. Даниилу принадлежат те фрески и иконы, в которых можно заметить приметы школы письма XIV века, так как в его произведениях обнаруживаются приметы иконописания более старого стиля. Как, например, в работе под названием «Лоно Авраамово».

Фрески Дионисия сравнивают с живописью итальянского Возрождения. Роспись Собора Рождества Богородицы Ферапонтова монастыря хорошо сохранилась, и сейчас можно увидеть то же, что и на рубеже XV-XVI-го веков. В арке Северного входа даже есть надпись о том, что роспись храма сделана иконником Дионисием «со своими чады», то есть сыновьями. Во фресках можно увидеть неповторимый стиль мастера, владеющего голубым светом.

​​​​​​​Изографы XVII века Гурий Никитин и Сила Савин создали цикл фресок, одним из лучших фрагментов которого является «Жатва». Здесь нельзя увидеть иллюзорность глубины, хотя мастера и владели перспективой: она просто противоречила общему принципу всего живописного ансамбля храма и не отвечала его строю. Из западных образцов художники заимствовали темы, сюжеты и архитектурные элементы, но композицию они всегда переводили на условный язык.

​​​​​​​Традиции древнерусской живописи и барокко совместились в росписях Церкви Воскресения Христова в Пучеже, выполненных в начале XVIII века. Барочные фрески, которые отличаются пышностью, покрывают стены и своды церкви и трапезной палаты. Пособием для художников XVII-XVIII веков стало западноевропейское издание Библии Пискатора, но традиционные приемы также сохранялись.

Икона "Лоно Авраамово"

из Успенского Собора во Владимире

Преп. Даниил по прозванию Черный

Икона "Троица Ветхозаветная"

Преп. Андрей Рублев

 

 

​​​​​​​В ярославских церквах XVIII века сохранились росписи с декоративными и народными образами и с особой фольклорностью сюжетов. Все фрески Церкви Благовещенья отличаются самобытностью и национальным стилем. Создателями этих фресок были мастера ярославской школы, особенно прославившиеся своими работами XVII века.

​​​​​​​За фрески во Владимирском соборе Виктор Васнецов был удостоен почетного звания профессора живописи, а о нем заговорили как о «религиозном гении». Перед началом работы художник отправился через Варшаву и Вену в Италию, чтобы увидеть фрески мастеров эпохи Возрождения. В произведениях Васнецов пытался найти и сформулировать современное переживание веры, которое отвечало бы его эпохе.

​​​​​​​Нестеровские фрески же более лиричны. В них ещё живёт мечта о Ренессансе и возрождении искусства Дионисия. Вместе с тем, они и более приближены к духу модерна: это видно в их декоративной композиции, утонченности и колорите. Художник в работе над фресками обращается к жизни: в многочисленных натурных эскизах он прорабатывает детали, человеческую фигуру и лицо.

​​​​​​​Михаила Врубеля для работы над фресками Прахову посоветовал Чистяков. Чтобы понять силы художника, Прахов поручил ему воссоздать фреску ХІІ века с изображением Архангела Гавриила, от которой осталась только графья — процарапанный в сырой штукатурке общий контур фигуры. Надо было заново создать образ. Врубель «не выдумывал ничего от себя, а изучал постановку фигур и складки одежды по материалам, сохранившимся в других местах», и прекрасно справился с задачей.