https://vk.com/wall-100836800_13904

Братья Черепановы Кузьма и Иван были живописцами и ремесленниками, изготовляли иконостасы для многих церквей Сибири.

Иван Леонтьевич Черепанов (1724—1795) — тобольский ямщик, автор летописного сборника, известного под названием «Черепановская летопись».

Известный путешественник И. П. Фальк проезжал в 1772 году через Тобольск и встретился там с необыкновенными ямщиками Черепановыми. Фальк рассказывал, что Козьма Черепанов был талантливым резчиком и зодчим, имел библиотеку в четыреста книг и владел познаниями в области математики, механики и истории. Его брат Иван Черепанов, ошибочно названный у Фалька Ильёй, ревностно собирал исторические сведения о Сибири и пограничных с нею странах. Иван Черепанов читал не только петербургские газеты и журналы, но следил и за научной литературой того времени — знал, в частности, ряд изданий Российской академии наук. Этот удивительный человек «сочинил сибирскую летопись и, занимаясь ею, не покидал своего ремесла», — свидетельствовал И. П. Фальк Сибирскую летопись ямщик-ученый закончил в 1760 году, когда ему было 36 лет.

Доктору исторических наук А. И. Андрееву удалось разыскать остававшуюся почти неизвестной рукопись «№ 2214» из собрания бывшего Румянцевского музея. В отличие от остальных известных к настоящему времени списков «Черепановской Летописи», эта рукопись содержит наиболее полный текст произведения трудолюбивого сибирского ямщика. Это большая книга в 509 листов, украшенная киноварными начальными буквами. Часть ее переписана на бумаге тобольской фабрики Корнильевых.

А. И. Андреев считает, что именно эту рукопись и показывал путешественнику Фальку ученый-ямщик в 1772 году. Вся книга переписана одним почерком и, кроме того, имеет предисловие и послесловие, составленные Черепановым. В вводной части своего труда летописец говорит, что он изучал творения Птолемея, Платона, читал сочинения греческих и латинских древних писателей и восточных историков. Черепанов был знаком с летописями основоположников сибирской истории — Саввы Есипова и Семена Ремезова.

Ученый-ямщик впервые использовал в своем труде такой ценный источник, как «Краткое известие о народе остяцком…», хранившееся в рукописи в Тобольске. Он хорошо знал также архивные данные об открытиях русских в Центральной, Восточной и Северо-Восточной Азии. Кроме печатных и архивных источников, собранных лично, Иван Черепанов использовал для работы различные свидетельства своих современников, их личные дневники.

«Летопись Сибирская» представляет собой по существу энциклопедию жизни Сибири в 1578–1760 годах. Исследователи считают, что особенно ценна она в той части, где Черепанов описывает события после 1612 года. Тобольский ямщик оказался великолепным историком, труд которого пережил века.

 

https://uchebana5.ru/cont/2183482-p3.html

ИКОНОПИСЬ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ.

Тобольская иконопись.

Начало собственно сибирского систематического иконописания связано с организацией Сибирской епархии с центром в г. Тобольске в 1620 году. Первый Тобольский и Сибирский архиепископ Киприан (Старорусенков), бывший архимандрит Новгородского Спасо-Хутынского монастыря, в числе 59 человек, привезенных им в молодую столицу Сибири, вместе с плотниками и резчиками привез и двух иконописцев.

Под его руководством началось активное строительство храмов, в том числе кафедрального собора во имя святой Софии, Премудрости Божией. Часть икон для него привезена была из России, часть перенесена из действующих церквей. Однако «анализ сохранившихся документов показывает, что из 90 икон четырехрядного иконостаса три ряда – Деисус, праздники, пророки и праотцы – были написаны на месте».1 Необходимые для иконописания материалы везли из Москвы. Так, «…с протопопом Иваном царь Михаил прислал Киприану… на иконное письмо разных немецких красок». В другой раз царь Михаил прислал «для иконного дела 2 тысячи листов золота, 500 листов серебра, несколько фунтов разных красок, пять пудов мелу, клею…»2

Предполагаемым руководителем работ был Иван Степанович Иконников, присланный из Москвы на время «для иконного дела», но оставшийся в Тобольске и вырастивший двух сыновей-иконописцев.

Дозорная книга 1624 года и перепись 1624-1625 гг. зарегистрировали среди посадских и служилых людей Тобольска четырех иконописцев. В первой отмечены дворы «посадского человека Ивана Степановича Иконникова», и «конного казака Федотка Иконника»; а во второй имеется запись о том, что у казначея Савватия не оказалось в наличии «котла, что был с олифой у иконников у Второго, да у Богдана».1

В 1628-29 гг. в приказе Казанского дворца рассматривалось дело по челобитью князя И.Дашкова о возвращении ему «крепостного детины» И.С. Иконника, посланного в Тобольск «на время для иконного дела» Тобольским воеводам указано было выяснить, каким образом попал в Сибирь И.С. Иконник, и кабальный ли он человек И. Дашкова. Претензия И.Дашкова, видимо, не была признана законной, так как переписью 1698 года отмечены братья Осип и Дмитрий Ивановичи Иконники, и указано, что отец их «в прошлых годах прислан с Москвы и жил в Тобольске в посаде и умре».2

Ко времени отъезда архиепископа Киприана из Тобольска в 1624 году в Сибири было 30 храмов и 12 монастырей. Только в одном Тобольске 14 храмов.3

Назначенный в Тобольск архиепископ Нектарий в 1636 году привез из Ниловой пустыни иконописца монаха Антония. В 1640 году архиепископ Нектарий вернулся в Москву, затем в Нилову пустынь. Антоний остался «в Софийском дому за иконным писанием». Здесь он занимал штатную должность иконописца Тобольского архиерейского дома до 1645 года, когда по болезни был отпущен в Нилову пустынь. После его отъезда должность иконописца Софийского дома занимал Ф. Иванов.

В это время в Тобольске работали и другие иконописцы. В дозорной книге 1624 г. и переписных книгах 1625-1626 гг. перечислены 368 икон, находящихся в Соборе и церквах г. Тобольска; «на основании дополнительных сведений можно предположить, что не менее 200 из них написаны на месте».4

К 1624 г. относится первая достоверно датированная сибирская икона Знамения Божией Матери. Она была написана переселившимся из Устюга Великого «иконником» Спиридоном – родоначальником известного в XVII-XVIII вв. в Тюмени купеческого дома Иконниковых. Примерно в это время в Тобольск приехал искуснейший живописец протодиакон Матфей Мартынов1, написавший в 1637 году икону Божией Матери Абалацкой с предстоящими святителем Николаем и преподобной Марией Египетской. Название свое икона получила от села Абалак. Эта икона имела большое количество копий печатных и рукописных. Самая известная из них была «Наместница», выполненная о. Матфеем. Название свое она получила от того, что ставилась на место святыни во время молебнов и крестных ходов. Икона поражала верующих своим дорогим убранством. Риза ее была составлена из резного золота, украшавшего до 1856 года подлинный чудотворный образ, который был унизан жемчугом, средними и мелкими драгоценными камнями. Важнейшие копии с Абалацкой иконы (илл. 18) описаны прот. А. Сулоцким и Н. Абрамовым. Сегодня известно 8 вариантов списков сказаний об Абалацкой иконе, но сами иконы не сохранились.2

Уже в 40-е годы XVII века потребности сибирских церквей в иконах в основном удовлетворялись силами местных иконописцев. Об этом свидетельствует отписка сибирского воеводы Прокопия Пронского в сибирский приказ о пожаре в городской Вознесенской церкви 22 января 1642 г. К отписке была приложена опись погибшего имущества, где среди прочего перечисляются 37 икон крупного формата (высота 1 м и более), не считая «писанных праздников».

В конце отписки воевода замечает, что церковь была построена на казенные средства и если царь укажет вновь ее «строить, и образы, государь, написать в Тобольску можно, только б краски и золота и серебра сусального прислать из Москвы». Царское решение на предложение воеводы было положительным: церковь построить на казенный счет, «а для иконного письма красок, золота и серебра, книги и ризы послать с Москвы».3

Еще в 1638 году по просьбе архиепископа Нектария в Тобольск были присланы Дмитрий Бутусин из Сольвычегодска и Первый Цырков из Устюга Великого. После окончания иконописных работ в Тобольском соборе в 1639 г. Архиепископ Нектарий присланных «для иконного письма на время иконописцев Дмитрия Бутусина из Соли Вычегодской и Первого Цыркова из Устюга Великого»1, тех самых, что в соборной Софийской церкви «Деисусы и праздники и пророки и праотцы и иные иконы, на которых краска полиняла, все починили, и иные де иконы пядницы, которыми было в церкви Софии Премудрости Божией скудно, вновь написали», отпустил, однако Тобольский воевода Пронский отказал иконописцам в выдаче проезжей грамоты и подвод, «потому что к ним о том государевой грамоты не прислано».2 Иконописцы остались в Тобольске еще на несколько лет, а в 1645 году Бутусин послал челобитье в Сибирский приказ с просьбой о выдаче ему за выполненную работу жалованья и подвод, так как он в Тобольске обнищал, а жена его с детьми у «Соли Вычегодской скитается меж дворов».3 Сибирский приказ удовлетворил его просьбу.

Впрочем, тобольские преосвященные прежних времен сами хорошо разбирались в иконописи. Некоторые из них, в частности, архиепископ Герасим (Кремнев), управлявший епархией с 1640 по 1650 гг. сам в минуты, свободные от дел по управлению епархией с усердием занимался иконописанием.4

В правление царя Михаила Федоровича Романова якутским воеводам Пушкину и Супоневу посылается указ: «написать в Сибири же, в Тобольску, иконникам, которые посланы в Тобольск к архиепископу с Устюга Великого да от Соли Вычегодской».5 Очевидно, что тобольские иконописцы писали иконы не только с остроги около Тобольска, но и посылали их в Восточную Сибирь. Однако мастеров было мало. Но даже учитывая это обстоятельство, царь Федор Алексеевич, посылая в 1680 г. в строящийся каменный Тобольский собор два колокола (103 и 40 пудов), серебряный крест, Евангелие, евхаритические сосуды, икон не прислал. Из Москвы везут в Сибирь краски, золото, олифу. Например, стряпчий Григорий Яковлев привез в 1685 году для Софийского собора пуд олифы, а также две тысячи золота листового. Февралем 1688 года помечена «память» (наказ) в ямской приказ о пропуске софийского священника Михаила Витязева с купленными в Москве для Тобольской Софийской церкви предметами, включающими «краски на письмо святых образов».1

В это время перед правящими архиереями встала задача обучения иконописанию местных жителей. При архиерейском доме всегда было много ставленников для посвящения в священные степени и других, преимущественно молодых людей духовного звания для обучения чтению и вообще отправлению богослужения; при нем же со времени митрополита Филофея (Лещинского) находилась школа для детей священно и церковнослужителей. Открыта она была в 1703 г., а впоследствии, в 1743 году преобразована в семинарию. Те из учеников, кто чувствовал в себе наклонность к иконописанию, а также ставленники, заходя в мастерские, присматривались к искусству мастеров, сами в свободное время принимались за краски и кисти и при собственном усердии, под руководством учителей мало-помалу выучивались мастерству. Они продолжали заниматься им и тогда, когда находились уже на местах в городах и селах. Из лиц духовных, занимавшихся иконописанием, история сохранила для нас кроме протодиакона Матфея имена пятерых: «священника одной из церквей города Тобольска Василия, послушника Тобольского архиерейского дома Филиппова Лукьяна, иеромонаха архиерейского домового храма Иоанна, священника села Шкотского Курганского уезда Чемесова, протоиерея Омской Ильинской церкви Андрея Васильевича Комарова». 2

«По примеру архиерейского дома и монастыри Тобольской епархии, по крайней мере некоторые в прежние времена имели своих иконописцев или из своих вотчинных крестьян и монастырских служек, или из своих послушников и монашествующих».1

На протяжении XVII столетия появляется множество сибирских святых. Местные святые имели особое значение для каждого человека, так как канонизированный праведник ранее был его земляком, что создавало кровную близость. Появление местных святых в новых землях становилось для переселенцев обретением духовной родины.

По данным Сулоцкого, автором первой иконы Василия Мангазейского был Лукьян Филиппов, иконописец Тобольского архиерейского дома, написавший ее в 1687 году по обету, в благодарность за спасение во время метели, «расспросив в бытность в Туруханске о наружности чтимого там страдальца».2 Этнографы В. Андриевич и Н. Костров отмечали особое почитание этого святого и наличие икон с его изображениями в Енисейске, Туруханске и Красноярске. Писали его юношей в белой рубашке, на фоне пейзажа с горкой. На одной из икон представлено истязание его при купце и воеводе. На другой – изображение Туруханского монастыря, а над ним, на горе, молящийся Василий в одной рубашке и без обуви.3

В Мангазее – «златокипящей государской вотчине», первом крупном торговом центре Сибири, в 1642 году после сильного пожара «вышел гроб из земли», около него начались разные чудеса. Постепенно сложилось житие Василия Мангазейского – девятнадцатилетнего юноши Василия Федорова, набожного и строгого в поведении, служившего у мангазейского купца. В день пасхи он был ложно обвинен в воровстве, избит хозяином и воеводой, от побоев умер. Гроб его, для сокрытия преступления, был брошен в тину и грязь. Оттуда он и поднялся через четыре десятилетия. Память праведного Василия чествовали как русские, так и инородцы. «У многих из них (т.е. у инородцев) есть даже изображение оного, коих начало относится к 1689 году», почитается он и в настоящее время (илл. 19).1

О другом сибирском праведнике повествуется так: «Благоволил Господь Бог в сей сибирской стране, во веси, нарицаемой Меркушино, при церкви архистратига Божия Михаила святого его собора гробу нечьему подвигнутися еже есть восходити от земли с честными останками христианского телесе» (илл. 20).2

При вскрытии гроба тело оказалось нетленным. Далее чудесным образом были восстановлены имя и основные данные о жизни чудотворца. «Человек той бяше в сибирскую страну пришел из Руси, дворянского чину рождением, и жительства у нас в странничестве, рукоделие же его бытие нашивки, бывающие на теплых одеждах, сиречь шубех. Бяше к Богу прилежен и в церковь на молитву непрестанно входен, телом же своим скорбяще чревом яве яко от воздержания». Первые сказания о Симеоне записаны митрополитом Тобольским Игнатием (Римским-Корсаковым), одним из крупнейших церковных писателей конца XVII века.3

Забота Тобольского архиерейского дома об авторитете новой епархии проявилась в создании иконы «насаждение древа Сибирского» (илл. 21) («София - Премудрость Божия» у Сулоцкого), написанной около 1673 г. Композиция ее близка к композиции иконы Симона Ушакова «насаждение древа государства Российского» (1668). В центре расположено древо, у корней которого изображены князь Иван Калита и митрополит Петр, перенесший кафедру из Владимира в Москву, а в ветвях помещены медальоны с портретами всех видных политических деятелей Древней Руси. В сибирской иконе у корней дерева изображены царь Иван Грозный и Московский митрополит Дионисий, при которых свершился поход Ермака, на ветвях чаши с фигурами первых шести сибирских архиереев. Очевидно, что икона была написана в Тобольске по поручению Тобольского архиерейского дома, т.к. в ней заключено высокое сравнение создания Тобольской епархии с основанием московской Руси, обозначающее ее преемственность.

Своеобразной чертой некоторых сибирских икон является отражение местного этнического типа, явно складывающегося в результате межнациональных браков. Так у святителя Николая (илл. 22) – в народной иконе XVII века – и у избранных святых – Антипы, Григория, Екатерины (илл. 23) – в Тобольской иконе конца XVII начала XVIII века – миндалевидный восточный разрез глаз, у мужчин – вислые татарские усы (илл. 24).

Сибирская иконопись в XVII веке наряду с иконографическими обрела и стилистические особенности. Исследователь русской иконописи Д.А. Равинский считал наиболее характерными для Сибири иконы с лицами и целыми фигурами как бы выступающими вперед в виде рельефов (илл. 25-26). А.И. Сулоцкий объяснял это явление заботой о людях с простыми (неразвитыми) вкусами. Однако есть основания полагать, что здесь сказалось внимание к представителям коренных народов, изображения богов которых были объемными, и потому полуобъемные иконы воспринимались ими легче, что очень важно для миссионерской деятельности.

Эта тенденция повлияла и на живописную иконопись. Во многих произведениях сибирских мастеров переходы от светлых выпуклых частей фигур или предметов к затененным выражены резче, нежели то полагалось по русскому иконописному канону с плавным многослойным охрением. В Сибири даже существовал термин «костоватость», обозначающий это явление.1

Но однако уже в начале XVIII века произошло весьма значительное переориентирование иконописных вкусов высшего сибирского духовенства. В 1702 году на сибирскую кафедру был назначен архиепископ Филофей (Лещинский). С этого времени сибирскими архипастырями становятся выпускники Киевской Духовной Академии и в иконописи сразу же начинает сказываться белорусское (илл. 27-28) и украинское влияние (илл. 29-30). Об этом, в частности, говорит замена в 1710 году по инициативе митрополита Филофея иконостаса Тобольского Софийского собора, возведенного в 1686 году. А.И. Сулоцкий писал: «…иконостас, потому ли что не соответствовал величественности здания, или по чему другому, был снят при митрополите Филофее. Сей о нужде устроить новый иконостас вошел в представление к государю Петру I и, получив от казны 1000 рублей, в 1710 году сделал его весь новый, резной».1 Причины этого, возможно, заключаются в том, что митрополит Филофей - украинец по происхождению, недавний эконом Киево-Печерской Лавры, прибыл в Сибирь, когда на его родине происходил расцвет «украинского барокко», столь далекого от строгих, в основном северных вкусов сибирских владык XVII века. Митрополит Филофей некоторых из художников и местных выписал из Киева. Они работали в Тобольске и других сибирских городах, например, в Тюмени.

С этого времени начинается активное утверждение барочных форм. Становятся ощутимы элементы барокко в тобольских и томских иконах XVIII века (илл. 31).

В течение всего XVII и XVIII веков Тобольский архиерейский дом являлся руководящим и контролирующим центром иконописания в Сибири. Однако иконопись развивалась не только в стенах церковных. Уже в первой четверти XVII века иконописцы известны среди посадских ремесленников Тобольска и некоторых других городов, а во второй половине XVII века в связи с торгово-ремесленным развитием сибирских городов иконопись, как гражданская ремесленная специальность получила распространение во всех крупных экономических центрах края.2

Однако, в результате секуляризации церковных земель Тобольский архиерейский дом в 1764 году лишился части своих мастеров иконописи и резьбы по дереву, но это не изменило существа дела, так как иконописное искусство и резьба иконостасов к этому времени широко распространились по Сибири.1

 

https://uchebana5.ru/cont/2183482-p10.html 

Возрождение традиций иконописания в древней столице Сибири – Тобольске, при Духовной Семинарии.

В последнее десятилетие XX века в России повсеместно стали открываться духовные учебные заведения, в том числе и иконописные школы, что является свидетельством возрождения иконописной традиции, передающейся от мастера к ученику. С 1990 г. работает иконописная школа при Московской Духовной Академии и Семинарии (заведующий игумен Лука (Головсков)), продолжающая традиции монахини Иулиании (Соколовой).1

При Тобольской Духовной Семинарии с 1996 года открыто иконописное отделение. Преподают в нем выпускники Московской иконописной школы и Тобольской Духовной Семинарии (заведующий игумен Алипий (Князев)). Большое значение в обучении придается изучению древних икон, их реставрации, что воспитывает любовь и вкус к подлинно церковному творчеству. Обучение иконописи происходит чрез выполнение списков с древних икон. «Копируя икону, - писала монахиня Иулиания, - человек всесторонне познает ее и невольно приходит в соприкосновение с тем миром, который в ней заключен. Постепенно он начинает ощущать реальность того мира, узнавать истинность древнего образа, потому постигает глубину его содержания, поражается четкостью форм, внутренней обоснованностью его деталей и поистине святой простотой художественного выражения».2

Конечно, иконописец не должен слепо копировать, а, изучая художественный язык иконы, почувствовать и «понять связь этого языка с вероучением, научиться мыслить в традиции».3

В древности мастера не писали копий – с чтимых икон делали списки, нередко повторявшие только иконографические особенности образа. Но сегодня, когда мир изменился и традиции утрачены, выполнение копий-списков просто необходимо.

Учащимися школы помимо отдельных икон был написан местный ряд икон в иконостас г. Улан-Удэ.

Ведутся работы по написанию иконостасов для Тобольско-Тюменской епархии в города: Мегион, Сургут, Ноябрьск, Муравленко, в поселок Пойково (илл. 96-103). Идет работа над росписью ризницы Софийско-Успенского собора (илл. 104), а также ведутся подготовительные работы по росписи придела Софийско-Успенского собора г. Тобольска.1

Иконописное отделение придерживается традиций Московской иконописной школы XIV-XV вв., но при этом учитываются и особенности сибирского иконописания.

Идет возрождение традиций сибирского иконного письма, заложенного нашими предками, проживавшими на обширных просторах Сибирской земли. Разрабатывается иконография новопрославленных святых.

Подводя итог, можно говорить если не о возрождении иконописи, то уж во всяком случае возвращении ее. «Задача иконописцев нового поколения, на наш взгляд, состоит в том, чтобы каждый из них нашел гармонию художественного творчества и строгого канона, человеческой свободы и божественного откровения, искусства и богословия, стремясь взойти на ту высоту, которой достигали в прошлом мастера великой традиции иконы».2

 

Библиография

1 ГТГ. Каталог икон. Под общ. ред. Брука Я.В., Иовлевой Л.И. М.,1995. С. 27.

1 Иулиания, монахиня (Соколова М.Н.). Труд иконописца. Свято-Троице-Сергиева Лавра, 1995. С. 36.

1 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири// Сибирская икона. – Омск, 1999. С. 194.

2 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон, находящихся в Тобольско-Тюменской епархии// О церковных древностях Сибири. – Тюмень, 2000. Т. 1. С. 87.

1 Сибирская икона. С. 194.

2 О своеобразии иконописи Западной Сибири. С. 194.

3 Антонова В.И. Древнерусское искусство в собрании Павла Корина. М., 1967. С. 120- 121.

1 Велижанина Н.Г. У истоков сибирской иконописи.// Культурно-бытовые процессы у русских Сибири XVIII – нач. XX в. – Новосибирск, 1985. С.161.

2 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Зап. Сибири. // Сибирская икона. С. 195.

3 Скопин В.В., Щепникова Л.А. Архитектурно-художественный ансамбль Соловецкого монастыря. – М., Искусство, 1982. С. 72-73.

1 Сибирская икона. С. 195.

2 Сибирская икона. С. 195.

3 Сулоцкий А.И. О церковных древностях Сибири. Тюмень, 2000. Т. 3. С. 88.

4 Дунаев М.М. Своеобразие русской иконописи. Очерки по русской культуре XII –XVII вв. М., 1995. С. 63

1 Успенский Л.А. Богословие иконы Православной Церкви. М., 1997. С. 421.

2 Гончарова Н.А. Губкин О.П. Иконописное наследие Урала: истоки и пути развития. // Уральская икона. Екатеринбург, 1998. С. 7.

1 Тактакшова Л. Государев мастер Истома Савин и его сыновья.// Юный художник. 1982. № 12. С. 36.

1 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 196.

2 Волков О.Н. Ремесло и торговля Западной Сибири в XVII в. М., 1967. С. 65.

1 Покровский Н.В. Церковно-археологический музей СПбДА. 1879-1909. СПб., 1909. С. 20-21.

1 Буслаев Ф.И. Общие понятия о русской иконописи.// Буслаев Ф.И. О литературе: исследования, статьи. М., 1990. С. 360-361.

2 Снессорева С. Земная жизнь Пресвятой Богородицы. СПб., 1891. С. 486-488.

1 Гнутова С.В. Кресты, иконы, складни. // Крест святой, надежда искупления моего. М., 2000. С. 10-11.

1 Цит. по кн.: Гнутова С.В. Зотова Е.Я. Кресты, иконы, складни.// Крест святой, надежда искупления моего. М., 2000. С. 12.

1 Скопин В.В. Иконописцы на Соловках в XVI- середине XVIII в.// Древнерусское искусство. Художественные памятники русского Севера. М., Наука, 1989. С. 307.

1 Цит. по: Велижанина Н.Г. Иконописцы Тобольска в первой половине двадцатых годов XVII столетия: опыт реконструкции по документальным источникам.// Русские Сибири. Культура, обычаи, обряды. Новосибирск, 1998. С. 161-175.

2 Буцынский П.Н. Открытие Тобольской епархии и первый тобольский епископ Киприан.// Вера и разум. 1890. № 21.

1 Тобольск. Материалы для истории города XVII-XVIII вв. М., 1885. С. 7.

2 Оглобин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа. Ч. 3. М., 1900. С. 132.

3 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 196.

4 Велижанина Н.Г. Иконостасы Тобольска в первой половине 20-х годов XVII столетия: опыт реконструкции по документальным источникам.// Русские в Сибири. Культура, обычаи, обряды. С. 161-162.

1 Софронов В. Светочи земли Сибирской. Биографии архипастырей Тобольских и Сибирских (1620-1918 гг.). Екатеринбург, 1998. С. 42.

2 Сулоцкий А.И., прот. Описание наиболее чтимых икон Тобольской епархии. СПб., 1864. С. 20.

3 Копылов А.Н. Очерки культурной жизни Сибири в XVII – начале XIX вв. Новосибирск, 1974. С. 165.

1 Там же. С. 164.

2 ЦГАДА. Ф. 214, Оп. 3, Стб. 139, Лл. 259-264.

3 Там же.

4 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон, находящихся в Тобольской епархии.// О церковных древностях Сибири. Тюмень, 2000. Т. 1. С. 90.

5 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 196.

1 ЦГАДА. Ф. 214, Оп. 3, Д. 1058, № 394; Д. 256, Л. 1058.

2 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон… Т. 1. С. 94.

1 Сулоцкий А.И. Исторические сведения об иконописании в Сибири.// Тобольские губернские ведомости. 1871. № 17. С. 98.

2 ГУТО ГА. Ф. 144, Оп. 1, Д. 10, Л. 29.

3 Андриевич В.К. История Сибири. СПб., 1889. Ч. 1. С. 185.

1 ГУТО ГА. Ф. 144, Оп. 1, Д. 10, Л. 31.

2 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 197.

3 Софронов В. Цит. соч. С. 74.

<

1 Велижанина Н.Г. Цит. соч. С. 198.

1 Цит. по: Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон Тобольской епархии. СПб., 1864. С. 34.

2 Тобольск. Материалы для истории города XVII-XVIII вв. С. 6.

1 Сулоцкий А.И. Исторические сведения об иконописании в Сибири.// Тобольские Губернские Ведомости. 1871. № 17. С. 98.

1 Сулоцкий А.И. Исторические сведения об иконописании в Сибири.// Тобольские Губернские Ведомости. 1871. № 17. С. 98, 106.

2 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон в Тобольской епархии.// О церковных древностях Сибири. Тюмень, 2000. С. 101.

3 Софронов В. Цит. соч. С. 164.

1 Абрамов Н.А. Тобольские епархиальные ведомости. 1865. № 36. С. 27.

2 Граматин А. Тобольские епархиальные ведомости. 1884. № 5. С. 113, № 13. С. 304.

3 Русские православные обители. СПб., 1994. С. 699.

4 Тобольская икона Божией Матери. Репринт. Тюмень. 1993.

5 ГАТО. Ф. 47. Оп. 1. № 3843. Л. 5.

1 Оглобин Н.Н. Обозрение столбцов и книг Сибирского приказа. Ч. 1. С. 359.

2 ГАТО. Тюменского воеводства канцелярия. Ф. 47. Оп. 1. № 40. Л. 349.

3 Цит. по: Мануйлова И.А. К вопросу о сложении иконописных традиций Урало-Сибирского региона.// Сборник научных трудов Тюменского музея изобразительных искусств. Тюмень, 2002. Вып. 3. С. 52.

1 Там же.

2 Мануйлова И.А. Истоки формирования и основные особенности сибирской иконы.// Традиции и современность. Сборник статей Тюменского музея изобразительных искусств. Тюмень, 1998. С. 65.

1 Мануйлова И.А. К вопросу о сложении иконописных традиций Урало-Сибирского региона.// Сборник научных трудов ТМИИ. 2002. Вып. 3. С. 54

2 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон… С. 93.

3 Мануйлова И.А. Истоки формирования и основные особенности сибирской иконы.// Традиции и современность. Сборник статей ТМИИ. С. 65

4 Мануйлова И.А. К вопросу о сложении иконописных традиций… С. 54.

1 Брук Я.В., Иовлева Л.И. Государственная Третьяковская Галерея. Каталог собрания. М., Красная площаль, 1995. Т. 1. С. 23.

2 Казаринова Н.В. Народные Сибирские иконы.// Сборник научных трудов ТМИИ. 2002. Вып. 3. С. 49.

3 Неклепаев П.Я. Поверья и обычаи Сургутского края.// Записки Западно-Сибирского отдела императорского РГО. Омск, 1903. Кн. XXX. С. 34.

1 ГУТО ГА. 1781. Ф. 156. Оп. 1. Д. 26:1

2 ГУТО ГА. 1781. Ф. 156. Оп. 1. Д. 174:1

1 ГУТО ГА. 1781. Ф. 156. Оп. 1. Д. 97:2

2 Тобольские губернские ведомости. 1871. № 17-18

3 ГУТО ГА. 1776. Оп. 1 № 53, ГУТО ГА. 1784. Оп. 1. № 87

1 Велижанина Н.Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 198.

2 Там же.

1 Велижанина Н. Г. О своеобразии иконописи Западной Сибири.// Сибирская икона. С. 194.

2 Казаринова Н.В. Народные сибирские иконы.// Сборник научных трудов ТМИИ. 2002. Вып. 3. С. 50.

1 Уральская историческая энциклопедия. Екатеринбург, 1998. С. 354-355.

2 Вестник музея Невьянская икона. Екатеринбург, 2002. С. 16.

3 Байдин В.И. Заметки об иконописцах-старообрядцах на горных заводах Урала в первой пол. – сер. XVIII в.// Вестник музея Невьянская икона. Вып. 1. 2002. С. 58.

4 Гончарова Н.А., Губкин О.П., Рунева Т.А., Иконописное наследие Урала: истоки и пути развития.// Уральская икона. Екатеринбург, 1998. С. 8.

1 Боровик М.П. Подписные и датированные иконы в собрании музея «Невьянская икона» XVIII век.// Вестник музея «Невьянская икона». Вып. 1. 2002. С. 19.

1 Голынец Г.В. К истории уральской иконописи XVIII-XIX вв.: Невьянская школа.// Искусство. 1987. № 12. С. 62.

2 Там же.

3 Губкин О.П. Династии невьянских иконописцев Богатыревых и Чернобровиных.// Невьянская икона. С. 227.

1 Там же.

1 Губкин О.П. Династии невьянских иконописцев Богатыревых и Чернобровиных.// Невьянская икона. С. 230.

2 ГАСО Ф. 6. Оп. 3. Д. 745. Л. 51, 62, 66 об.,73 об.

3 ГАСО Ф. 24 Оп. 23. Д. 5671. Л. 229 об., 230 об., 307 об., 308.

4 Губкин О.П. Цит. соч. С. 231.

1 ГАСО Ф. 72. Оп. 1. Д. 690. Л. 48-50.

2 ГАСО Ф. 72. Оп. 1. Д. 690. Л. 61.

3 Мамин-Сибиряк Д.Н. Самоцветы.// Статьи и очерки. – Свердловск, 1947. С. 260.

4 Столбиков В.И. Древлеправославные традиции.// Старообрядчество: история и культура. Сборник научных трудов. – Барнаул, 2002. Вып. 2. С. 57.

1 Голынец Г.В. Невьянская иконопись: традиции Древней Руси и контекст нового времени.// Невьянская икона. С. 210.

2 Такташова Л. Государев мастер Истома Савин и его сыновья.// Юный художник. 1982. № 12. С. 36.

1 Голынец Г.В. К истории Уральской иконописи XVIII-XIX вв.: Невьянская школа.// Искусство. 1987. № 12. С. 65.

1 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Иконописные традиции Зауралья.// Сибирская икона. С. 203.

1 Там же. С. 203.

2 Пашков А.А. Далматовский Успенский монастырь – центр иконописания в Зауралье XVIII в.// Культура Зауралья: исторический опыт и уроки развития. – Курган, 1997. С. 7.

1 Там же. С. 9.

2 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Цит. соч. С. 204.

1 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Цит. соч. С. 205.

1 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Цит. соч. С. 205.

2 Там же.

3 Зуева М.И. Шадринские иконописцы.// Шадринская старина: краеведческий альманах. – Шадринск, 1993. С. 67.

1 Там же. С. 69.

2 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Цит. соч. С. 205.

3 Миненко Н.А., Федоров С.В. Город на Исети: страницы шадринской летописи.// Шадринск, 1997. С. 21.

4 Там же. С. 23.

5 Там же. С. 24.

1 Белобородов С.А., Гончарова Н.А. Цит. соч. С. 206.

2 Там же.

3 Там же.

1 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 212.

1 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 213.

2 Сулоцкий А.И. Описание наиболее чтимых икон… С. 143-146.

3 Сулоцкий А.И. Описание… С. 150.

4 Там же. С. 150.

5 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 213

6 Там же.

1 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 213.

2 Сулоцкий А.И. Описание… С. 241-243.

3 Евтихеева И.А. Чудотворные иконы Томской епархии.// Традиции и современность. Сборник научных статей ТМИИ, 1998. С. 67.

4 Сулоцкий А.И. Описание… С. 251.

1 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 214.

1 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 215.

2 Евтихеева И.А. Томская икона.// Сибирская икона. С. 215.

1 Красноцветова А.С. Иконописное наследие Алтая.// Сибирская икона. С. 216.

1 Сперанская Т.М. Служили Отечеству на Алтае. Барнаул., 1998. С. 52.

2 Там же. С. 82-87.

3 Там же. С. 216.

1 Красноцветова Л.Г. Иконописное наследие Алтая.// Сибирская икона. С. 217.

2 Красноцветова Л.Г. Иконописное наследие Алтая.// Сибирская икона. С. 217.

1 Там же.

2 Копылов А.Н. Русские на Енисее. – Новосибирск, 1976. С. 161.

3 Копылов А.Н. Русские на Енисее. – Новосибирск, 1976. С. 164.

1 Там же. С. 165.

2 Сулоцкий А.И. Описание… С. 8.

3 Шаповалова Л.И. К истории иконописи в Приенисейском крае (Красноярск, Енисейск).// Сибирская икона. С. 220.

1 Велижанина Н.Г. К истории иконописания Западной Сибири.// Традиционные обряды и искусство русского и коренных народов Сибири. Новосибирск, 1987. С. 135.

2 Там же. С. 136.

1 Шаповалова Л.И. К истории иконописи в Приенисейском крае (Красноярск, Енисейск).// Сибирская икона. С. 221.

2 ЦГАДА. Сибирский приказ. Ф. 214. Стб. 1317. Лл. 530-531.

1 Шаповалова Л.И. К истории иконописи в Приенисейском крае (Красноярск, Енисейск).// Сибирская икона. С. 222.

2 Шаповалова Л.И. К истории иконописи в Приенисейском крае (Красноярск, Енисейск).// Сибирская икона. С. 222.

1 Там же.

2 Копылов А.Н. Очерки культурной жизни Сибири XVII- нач. XIX вв. С. 164.

1 Шаповалова Л.И. К истории иконописи в Приенисейском крае (Красноярск, Енисейск).// Сибирская икона. С. 223.

1 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 224.

2 Там же.

3 Там же.

1 Крючкова Т.А. Иркутские иконы: каталог. – М., 1991. С. 4.

2 Там же.

3 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 224.

4 Там же.

5 Там же.

1 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 225.

2 Там же.

3 Скопин В.В., Щенникова Л.А. Архитектурно-художественный ансамбль Соловецкого монастыря. М., Искусство, 1981. С. 72.

1 Крючкова Т.А. Иркутские иконы: каталог. С. 6-7.

2 Дунаев М.М. Своеобразие русской иконописи: Очерки по русской культуре XII-XVII вв. – М.,1995. С. 63-64.

3 Крючкова Т.А. Иркутские иконы: каталог. С. 5.

4 Там же. С. 4.

1 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 226.

2 Крючкова Т.А. Иркутское барокко. М., 1993. С. 343.

1 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 227.

1 Крючкова Т.А. Иркутское барокко. С. 342.

2 Там же.

3 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 228.

1 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 229.

2 Крючкова Т.А. Иркутское барокко. С. 339, 341, 346-349.

3 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 231.

4 Там же.

5 Там же.

6 Крючкова Т.А. Иконы земли Иркутской.// Сибирская икона. С. 231.

1 Крючкова Т.А. Иркутские иконы: каталог. С. 98-101.

2 Васнецов В. Божественный смысл икон: о русской иконописи.// Православная икона. Канон и стиль. М., Паломник, 1998. С. 130-131.

1 Лука, игумен (Головков). Икона XX века.// История иконописи. М. «АРТ-БМБ», 2002. С. 241.

2 Иулиания, монахиня (М.Н. Соколова). Труд Иконописца. Свято-Троице-Сергиева Лавра. Сергиев Посад, 1995. С. 37.

3 Лука, игумен (Головков) Цит. соч. С. 241.

1 Отчет о состоянии иконописного отделения.// Годовой отчет ТДС за 2001/2002 учебный год. С. 58.

2 Лука, игумен (Головков). Цит. соч. С. 249.

• < Prev
• Next >